» » Имеет ли право врач на ошибку
загрузка...

Имеет ли право врач на ошибку

Имеет ли врач право на ошибку?

Лучший ответ

Профессор отобрал восемь совершенно нормальных по всем параметрам человек: трех психологов, психиатра, педиатра, художника, домохозяйку и аспиранта. Целью этих людей было обращение в 12 различных психиатрических клиник как людей, которые "беспокоятся о своем психическом здоровье". Во время беседы с врачом подопытные должны были вести себя абсолютно нормально, за исключением одного безобидного момента - они должны были случайно упомянуть, что чей-то голос внутри четко произносит одно из трех слов: "пустой", "глухой", "стук".

Результат не заставил себя долго ждать: никто из врачей не стал анализировать даже теоретическую возможность случайности – все здоровые люди были помещены в клиники, как душевнобольные, где они были продержаны от 7 до 52 недель. Интересно, что в ходе проведенного обследования, целью которого по идее должно быть уточнение психического состояния пациентов, у восьми из них был установлен совершенно определенный психиатрический диагноз (7 – шизофрения; 1 – маниакально-депрессивный психоз).

В истории Древней Руси врачевание приравнивалось к волхованию и чародейству. Поэтому за врачебные ошибки врач нес ответственность как за умышленное преступление. Примером может служить умерщвление лекаря Леона, который лечил больного сына великого князя Иоанна III, но не смог его спасти от смерти. В 1686 г. в одном из царских указов лекари предупреждались, что "буде из них кто нарочно или не нарочно кого уморят, а про то сыщется, им быть казненными смертью". 

Из современной истории нашей страны

Интересно проследить эволюцию взглядов на ответственность медицинских работников за профессиональные правонарушения с 1917 г. до нашего времени. 

В 1928 г. И.В.Марковин, известный ученый, профессор кафедры судебной медицины Ростовского университета, возглавлявший судебно-медицинскую лабораторию в г. Ростов-на-Дону, в подробной статье, опубликованной в журнале "Судебно-медицинская экспертиза" (№8, с.81-95) отмечает заметный рост уголовных дел в отношении врачей по сравнению с дореволюционным временем. Этот период характеризуется вниманием к этому вопросу медицинских научных обществ, журналов, газет, съездов врачей, совещаний врачей и юристов. 

В двадцатые годы наметились противоречия между врачами и юристами по вопросу об отношении к врачебным дефектам. Дискуссию вызвало нашумевшее заявление российского акушерско-гинекологического общества, обратившегося в Народный Комиссариат здравоохранения (1925г.), в котором обращается внимание на непомерный рост уголовных обвинений врачей за ошибки и дефекты в их профессиональной работе. С 1921 по 1925 г.г. имело место 64 случая обвинений, из которых 27 — по отношению акушеров-гинекологов, 26 — хирургов. В заявлении, в частности, указывалось, что практические достижения медицины имеют известный предел, тем более что объектом исследования является "капризный еще и не вполне изученный человеческий организм". Между тем, малая осведомленность обывательских групп в вопросах медицины создает преувеличенные надежды и необоснованные требования к врачам. В связи с этим предлагалось создание особых комиссий при здравотделах университетских городов для разбора дела и предания врача суду или покаянию, а в сложных случаях — для передачи дел Центральной экспертной комиссии при НКЗ для окончательного решения. 

В самом начале своей медицинской карьеры услышал фразу, которой сперва не придал особого значения: у каждого врача за спиной есть свое кладбище. И потом, начав работать в отделении кардиореанимации больницы скорой помощи, я не раз с коллегами возвращался к этой фразе, что же она означает. Обычно мнения разделялись на два блока.
Первый - непосредственная близость к смерти, причастность к лечебному процессу, который не всегда заканчивается выпиской из стационара. В таком случае размеры кладбища непосредственно зависят от специализации врача: у реаниматолога, онколога, камбустиолога (спеца по ожогам) кладбища будут ого-го какие, причем растущие одновременно со стажем. А у дерматолога за спиной одна почесуха.
Второй блок более серьезный. Это смерти, которые суть результат непосредственных действий врача. Его знания, умения, способности быстро соображать, принимать решения. Его ошибок. Ведь на кону, как бы пафосно это ни звучало - человеческая жизнь.
И вот здесь новый вопрос - имеет ли врач право на ошибку?

Первое, что приходит на ум: конечно же нет! Как можно! Да вы что! Да как же ж! Но все мы люди, человеки, и всем нам свойственно ошибаться, в той или иной степени. Человеческий фактор, недосып, сторонние обстоятельства, с женой поссорился, в пробке простоял, где денег взять, зарплату опять задерживают, а на третью работу устраиваться это никакого времени не хватит, и так три дежурства на этой неделе, - что, это никому не знакомо? Да мало ли что еще. Человек не робот, в конце концов.
После таких доводов мнение становится обычно не таким категоричным, но кардинально не меняется; сама мысль о возможности врачебной ошибки неприятна. Безусловно, и в этой ситуации размеры присутствует зависимость от специальности: цена ошибки того же дерматолога отличается от ошибки, скажем, кардиохирурга. В первом случае - почесуха дольше, во втором - большая нагрузка на патанатомию, как минимум.
Так что же, одним можно ошибиться, а другим нельзя? Или всем нельзя? И одинакова ли в таком случае должна быть ответственность за ошибку?

Согласно статье 1085 ГК «при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок, который он имел либо определенно мог иметь; а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств… санаторно-курортное лечение».

На практике, как рассказал один из пластических хирургов, это может выглядеть так. Операция по липосакции (ликвидация жира) живота и бедер у пациентки московской косметологической клиники привела к асимметрии левой и правой сторон тела в области талии и бедер.

Клиника за деньги пациентки провела повторную операцию для исправления собственных ошибок, но женщина обратилась в суд. Суд назначил возмещение в размере 25 тыс. руб.: 20 тыс. руб. за проведение операции и 5 тыс. руб. за судебные издержки. Поскольку пациентка была формально безработной, о выплате недополученных зарплат речи не шло.

Особенности экспертизы

врач не Бог, врач - человек. А люди как известно имеют право на ошибку. Но не на постоянные ошибки.

Выдающийся немецкий (австрийский) хирург Христиан Альберт Теодор Бильрот, основоположник современной абдоминальной хирургии, писал: «Только слабые духом, хвастливые болтуны боятся открыто высказываться о совершенных ими ошибках. Кто чувствует в себе силу сделать лучше, тот не испытывает страха перед осознанием своей ошибки».

Великий русский хирург и анатом, естествоиспытатель и педагог, член-корреспондент Санкт-Петербургской академии наук Николай Иванович Пирогов также не пытался бежать от осознания теоретической и практической возможности совершения ошибки: «Я считал… своим священным долгом откровенно рассказать читателям о своей врачебной деятельности и ее результатах, так как каждый добросовестный человек, особенно преподаватель, должен иметь своего рода внутреннюю потребность возможно скорее обнародовать свои ошибки, чтобы предостеречь от них других людей, менее сведущих».

• ст. 123 (Незаконное производство аборта);

В 2005 году приговором Казанского районного суда Тюменской области по ст. 123 УК РФ (Незаконное производство аборта) осуждена врач-гинеколог. Она приговорена к лишению свободы сроком на девять месяцев с лишением права заниматься один год медицинской деятельностью.

• ст. 124 (Неоказание помощи больному);

В феврале 2009 года Уссурийский суд Приморского края признал врача городской больницы виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 124 УК РФ и приговорил к двум годам лишения свободы условно за отказ в госпитализации больному, который впоследствии скончался. Врач, находясь на дежурстве в Уссурийской городской больнице, при поступлении в приемное отделение мужчины с предварительным диагнозом "закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушибленная рана лба" отказал пострадавшему в госпитализации.

• ст. 235 (Незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью);

Для борьбы с ошибками по незнанию в странах с развитой системой страховой медицины существует строгое регламентирование действий врача, стандартизация медицинской помощи. И отклонение от этого стандарта в случае неудачных действий строго карается. Именно поэтому почти каждый практикующий врач является участником судебных разбирательств. С одной стороны, такой подход позволяет сделать средний уровень оказания помощи достаточно высоким. В любой больнице, сельской или столичной, окажут одинаково квалифицированную помощь, обследование согласно регламенту, назначат согласно тому же регламенту лечение.
Но с другой стороны, невозможно в стандарте помощи, даже самом подробном, предугадать всю массу клинического разнообразия. За свою относительно недолгую кардиологическую карьеру я могу привести сотню примеров нетипичного течения того же инфаркта миокарда, когда его и заподозрить было трудно.
К тому же, подобное строгое регламентирование врачебных действий тормозит врачебную инициативу. Если есть риск неудачного исхода (а он всегда есть), за который врач в любом случае будет наказан, то о какой инициативе, о каком врачебном искусстве пойдет речь?
Вот и получается, что жесткая стандартизация подтягивает низы, но и приземляет верхи, притягивая все к удобному среднему уровню.

Однако если и после тщательного выбора клиники конфликт все же произошел, нужно прежде всего составить досудебную претензию к медикам. Она пишется в двух экземплярах: один остается у вас, другой сдается под подпись руководству клиники. Если претензию отказываются принять под подпись, можно отправить ее заказным письмом. В ней нужно указать, что с вами делали, что получилось, чего вы хотите. Вариантов требований не так уж много: возвращение денег, проведение повторной операции и моральная компенсация.

«К сожалению, компенсация морального вреда у нас большой не бывает,- замечает президент Национальной ассоциации защиты прав пациентов Дмитрий Шустов.- В медицинских делах стандартная сумма — 10-15 тыс. руб. Это в США пострадавшие от врачей пациенты получают миллионы долларов. Если больница не отреагировала на жалобу, можно обратиться к профессиональному адвокату либо составить самостоятельно заявление в суд. Хотя сами юристы утверждают, что наиболее действенный способ — жалобы в «инстанции».

«Перед началом любого процесса я рассылаю адвокатские запросы: в прокуратуру, Роспотребнадзор, департамент здравоохранения. Как правило, перед угрозой глобальной проверки может спасовать любая клиника»,- говорит адвокат Олег Крысанов.

В одном все же врачи и самые агрессивно настроенные пациенты сходятся: сегодня законом в должной мере не защищены ни одни, ни другие. И вопрос качества лечения и ответственности врача, как всегда, упирается в зарплату урологов и терапевтов.

Наверх